Чайная роза - Страница 156


К оглавлению

156

— Тем не менее это случилось, — с досадой сказал Тедди. — Причем беда серьезная. Какого черта его понесло в «Салазки»? Это же притон педиков. Он должен был обходить его за милю.

— Да, он был там, и что дальше? — злобно ответила Фиона. — Его арестовали, а теперь вы должны его вытащить. Должны… — Тут у Фионы сорвался голос, и она снова заплакала. — Ох, Тедди, сделайте что-нибудь! А вдруг его посадят за решетку?

— Это вряд ли, — сказал Стивен Эмброуз. — Поскольку преступление незначительное, его, скорее всего, просто оштрафуют.

— А если нет? — спросила Фиона. — Его отправят в тюрьму?

— Нет, — мрачно ответил Тедди, снял очки в роговой оправе и потер усталые глаза. — Он иностранец. Его депортируют.

Фиона заплакала еще громче. Тедди дал ей свой носовой платок. Эмброуз — холеный, хорошо одетый, с бриллиантовым кольцом на пальце — пробормотал:

— Беда в том, что председательствует сегодня этот… Камерон Эмс. С ним каши не сваришь. Он ведет кампанию по очистке города и требует закрытия игорных притонов, борделей и таких мест, как «Салазки». Я тут поговорил с одним коппером, и он сказал, что капитан Моллой, проводивший облаву, сделал это по личной просьбе судьи. Моллой беспощаден к нарушителям закона. То, что он отказался выпустить Сомса под залог, плохое предзнаменование.

Фиона закрыла глаза и откинулась на спинку скамьи. После того как вчера вечером к Майклу пришел мальчик, посланный Ником из Тумс, все происходящее казалось ей кошмаром, от которого невозможно очнуться. Она тут же побежала в тюрьму в надежде если не вытащить Ника, то хотя бы увидеть его. Но дежурный сержант не разрешил, сославшись на приказ капитана.

Она надеялась, что с Ником не случилось ничего страшного. Что у него есть еда, питье и койка. В ушах Фионы эхом звучали слова Тедди: «Он иностранец… его депортируют».

Если это случится, Ник умрет. Он потеряет свою галерею и все, ради чего работал. Его вышлют в Лондон. К ненавидящему отцу, который в случае возвращения грозил оставить его без гроша. Он там будет совсем один и долго не протянет.

Кто-то коснулся ее плеча.

— Милая, что вы здесь делаете? — У нее сжалось сердце. Это был Питер Хилтон.

— Не говорите ничего! — прошипел ей на ухо Тедди.

— Я слышал, что вчера вечером Ника арестовали. И что это случилось в «Салазках». Он что, сидит?

— Я… я не знаю, Питер… не знаю, что случилось. Это какая-то ужасная ошибка. — Фиона не выдержала, и по ее щекам снова потекли слезы.

— О боже! Это он, верно? Посмотрите на себя. Вы плачете в три ручья. Ни одна женщина не станет проливать ведра слез по мужчине, которого она не любит. Я всегда знал, что у Макклейна нет ни одного шанса.

— Питер, — слабым голосом начала Фиона, — мы не… — Тут Тедди ткнул ее локтем в бок, после чего она умолкла и отвернулась.

Питер понятия не имел, что она обручилась с Уиллом. Об этом знали только члены их узкого круга, адвокаты и скрытная мадам Эжени. Тем, кто восхищался ее кольцом, Фиона говорила, что это страз, который она купила для собственного удовольствия. Уилл не хотел огласки. Пусть шум поднимется задним числом; нельзя было допустить, чтобы Хилтон дал сигнал к началу атаки. Этот человек беспощаден. Он описал бы не только платье и свадебный торт, но и то, что будет надето на Фионе в первую брачную ночь. И рассказал бы об этом всему Нью-Йорку. Она услышала шорох открывшегося блокнота и скрип пера по бумаге.

Обернувшись, Фиона увидела, что народу в зале прибыло. В том числе представителей пишущей братии. Она узнала Нелли Блай, подругу Уилла. Женщину, которая ей нравилась. Женщину, которая могла убить Ника несколькими фразами. Даже если Ника признают невиновным, пресса линчует его в любом случае. Достаточно упомянуть, что за типы собираются в «Салазках», и все будет кончено. Поднимется скандал. Страшный скандал. Высокопоставленные люди, шефствующие над галереей Сомса, шарахнутся от него как от чумы. Бизнес Ника будет уничтожен, и это убьет его быстрее, чем тюрьма или депортация.

Фионой овладела паника, грудь сдавило. Она сказала Тедди, что хочет подышать свежим воздухом, и вышла на улицу. На ступеньках суда она обхватила себя руками — утро было прохладное — и стала думать, что делать. Если бы Уилл находился здесь, он знал бы. Но его не было. Он уехал в Питсбург и должен вернуться только через несколько дней. Чувствуя себя жалкой и беспомощной, она смотрела в окно адвокатской конторы напротив и вдруг увидела секретаршу, разговаривавшую по телефону. Фиона тут же перебежала улицу и влетела в дверь. Нужно позвонить Уиллу в гостиницу! Скорее всего, его нет на месте, но попытаться стоит.

— Прошу прощения, — сказала она. — Мне нужно срочно позвонить. Можно воспользоваться вашим телефоном? Я заплачу.

— Извините, мисс, не могу.

— Пожалуйста. Я бы не стала просить, но от этого зависит жизнь моего друга.

Женщина замешкалась.

— Ладно, — наконец сказала она. — Вы знаете номер?

Фиона сообщила ей название питсбургской гостиницы, и спустя минуту секретарша протянула ей аппарат. Фиона попросила пригласить к телефону мистера Уильяма Макклейна и испытала неимоверное облегчение, узнав, что он завтракает в столовой и что сейчас его позовут. Когда в трубке прозвучал голос Уилла, она чуть не заплакала.

— Фиона? Милая, что случилось? У тебя все в порядке?

— Нет, Уилл. — Она описала ему случившееся со слезами в голосе.

Его реакция была резкой и немедленной.

— Фиона, послушай меня. Уходи оттуда как можно скорее.

156